Экономическая разведка государства Российского. Ч III

Продолжение

Начало

№ 6 2017 г.

№ 7 2017 г.

Как бы ни менялись руководители государства и структура спецслужб, принципы экономической и научно-технической разведки, заложенные еще в начале 20-х годов, оставались неизменными. Даже сейчас, в современной России, несмотря на рыночные реформы, которые за несколько лет почти полностью разрушили отечественный военно-промышленный комплекс, многие из них продолжают успешно действовать.  К основным принципам можно отнести следующие:

1 — добывается только та, информация, которую заказало государство. Если в царской  России кража чужих технологий носила спонтанный хаотический характер, то после Октябрьской революции этот процесс был упорядочен, что позволило максимально эффективно использовать скудные ресурсы – материальные, людские и временные. Советская разведка с момента своего создания начала привлекать к составлению заданий для своих сотрудников и их агентов специалистов в конкретных сферах экономики, науки и техники, чем и сейчас активно пользуется российская разведка.

2 – целенаправленная нацеленность на конечный результат. То есть, задание должно быть выполнено любой ценой. Для большинства отечественных разведчиков этот принцип стал главным, в связи с чем изыскивались любые, самые изощренные способы добычи секретной информации.

3 — многоликость. Профессиональный разведчик может скрываться под личиной дипломата, сотрудника аппарата международной организации (например, ООН), представителя одного из внешнеторговых объединений, журналиста, просто гражданского специалиста или ученого. Это позволяло использовать в качестве добытчиков информации обычных людей, весьма далеких от спецслужб и не подозревающих, чью просьбу они выполняют.

4 — конспиративность и централизованность. Как правило, представители закрытых предприятий, НИИ или КБ, формирующие тематику, по которой требуется информация и образцы, не знают о тех, кто исполняет их запрос. Это, по сути, просто оптимизация труда. Например, сразу три организации – КГБ, ГРУ и Министерство внешней торговли – занимались добычей оборудования, которое было запрещено к ввозу в страны социализма. Тем самым удавалось сохранить в тайне друг от друга имена потребителей и добытчиков, что позволяло свести к минимуму ущерб при предательстве представителя «заказчика» или разведки.

От «застойного» расцвета до «перестроечного» кризиса

По мере развития государства и его экономики менялись и приоритеты. Если в 40-е годы и в первой половине 50-х годов главным направлением экономической и научно-технической разведки было добывание материалов по атомному оружию, то в 60-е годы появилось сразу семь приоритетных направлений: ядерное, авиакосмическое, электронное, медицинское, химическое, по разной технике, информационно-аналитическое.  В 70-е годы внешняя разведка наконец-то вступила в период стабилизации, прекратились постоянные чистки и реорганизации. В этом большая заслуга нового председателя КГБ Ю.В. Андропова. Приоритеты внешней разведки в целом остались прежними, но роль экономической разведки усилилась. В итоге, в 1974 году создано самостоятельное управление «Т» (научно-техническая разведка), в котором к началу 80-х годов работало около тысячи сотрудников, из которых порядка трехсот находились за границей в легальных резидентурах.

Вскоре после вступления в должность в январе 1981 года Рейган провел секретное совещание, на котором присутствовали вице-президент Джордж Буш-старший, министр обороны Каспар Уайнбергер, государственный секретарь Александр Хейг, помощник президента по вопросам национальной безопасности Ричард Ален и директор ЦРУ Уильям Кейси.  По итогам этого заседания была поставлена задача разработать план тайного стратегического наступления на Советский Союз с целью его окончательного уничтожения как геополитического противника.  Рабочим аппаратом по разработке и контролю за реализацией этой программы был Совет национальной безопасности (СНБ), а основным генератором идей был директор ЦРУ Кейси.

В течение 1981–1982 годов план уничтожения главного противника Соединенных Штатов был разработан.  В соответствии с ним, всем государственным ведомствам США в связи с этим предписывалось действовать по следующим трем направлениям:

— сокращение сферы влияния СССР и подрыв его позиций повсюду в мире, оказание на него в необходимых случаях прямого военного давления;

— расшатывание устоев советской власти изнутри, выявление ее слабостей и использование их в интересах США;

— ведение беспощадной торгово-экономической войны против СССР, с тем чтобы довести его до полного финансового банкротства и экономического краха.

Эти направления нашли свое отражение в разработанных Советом национальной безопасности США и подписанных Р. Рейганом директивных указаниях относительно работы государственных органов США по «фундаментальному изменению советской системы», как это говорилось в основополагающей директиве СНБ-75, подписанной Р. Рейганом в январе 1983 года. В программу, направленную на ослабление советской экономики, входили мероприятия по уменьшению поступления твердой валюты в Советский Союз путем снижения мировых цен на нефть; создание трудностей в реализации крупномасштабных проектов добычи природного газа и строительства газопроводов в целях ограничения экспорта советского газа на Запад; создание препятствий для экспорта советского сырья и оборудования; максимальное ограничение доступа СССР к передовым мировым технологиям; создание трудностей, вплоть до полного срыва, в реализации жизненно важных для страны крупных проектов; поставки в Советский Союз заведомо устаревших техники и технологий; продвижение, с использованием каналов спецслужб, научной и технической дезинформации.

Планы подрыва советской политической системы и экономики составлялись не на пустом месте, при их разработке использовались данные американских спецслужб, государственного департамента, Пентагона и различных исследовательских центров.  В частности, в ставшем известным советской разведке секретном докладе ЦРУ о проблеме дефицита в СССР твердой валюты, подготовленном американской разведкой в 1986 году, говорилось: «Низкие цены на энергоносители, снижение добычи нефти, падение курса доллара существенно ограничивают возможности СССР на импорт западного оборудования, сельхозпродукции и промышленных материалов до конца десятилетия. Резкое снижение импорта товаров за твердую валюту на треть или более пришлось на время, когда Горбачев, вероятно, рассчитывал на увеличение валютной прибыли, за счет чего намеревался финансировать программу оздоровления экономики». Финансовые трудности Советского Союза усугублялись продолжавшейся гонкой вооружений. По подсчетам ЦРУ, приведенным в вышеупомянутом докладе, реальные потери СССР в результате проводимых американцами мероприятий составили на начало 1986 года 13 млрд долл.

Соответственно, задачи внешней разведки в этот период состояли не только в том, чтобы добывать информацию и вскрывать планы США и их западных союзников по разрушению СССР, но и, действуя своими специфическими средствами, оказывать противодействие этим планам. В частности, используя свои связи с политическими деятелями и лидерами ряда стран, внешняя разведка вела работу по созданию условий, облегчавших получение денежных кредитов Советским Союзом.

Основная тяжесть по противодействию планам противника по подрыву советской экономики пришлась на экономическое и научно-техническое направление разведки.  В условиях организованной США по сути дела экономической блокады СССР, выражавшейся, в частности, в ужесточении запретительных мер на ввоз в Советский Союз передовых технологий, оборудования и материалов, внешняя разведка, в первую очередь ее научно-технические службы, действуя своими специфическими средствами, существенно ослабляли дискриминационные меры Запада, направленные на удушение советской экономики. По организованным разведкой тайным каналам удавалось получать не только документацию на новейшую технологию, но и порой уникальные приборы и оборудование.

Чтобы противостоять экономическим диверсиям западных держав, в конце 80-х годов было принято решение выделить работу по экономической проблематике в самостоятельное направление деятельности внешней разведки и создать в этих целях соответствующие структуры. Со временем экономическое направление внешней разведки окрепло, создало оперативные позиции в экономических организациях как внутри Союза, так и за рубежом, и наравне с линиями политической разведки (ПР), контрразведки (КР) и научно-технической разведки (НТР) стало одним из ведущих подразделений разведки по добыче секретной информации и проведению оперативных мероприятий в защиту экономических и торгово-финансовых интересов СССР. В его задачи входило получение актуальной секретной информации о происходящих в мировой экономике процессах, затрагивающих безопасность СССР, отслеживание рынков стратегического сырья и ситуаций на валютных рынках, выявление и предотвращение экономических диверсий противника против советских коммерческих организаций, страховых компаний и банков за границей, выявление и пресечение попыток иностранных фирм и банков нанести прямой экономический ущерб советским внешнеэкономическим организациям, оказание содействия успешному осуществлению коммерческой и финансовой деятельности советских организаций и представительств за рубежом.

Одним из основных направлений работы экономической разведки в 80-е годы стал обход экспортной дискриминации.  Проводимая США и их союзниками дискриминационная политика лишила СССР равноправного участия в международном разделении труда, что заставило активизировать деятельность внешней разведки. Система экспортного контроля, запрещающая продавать социалистическим странам новейшие технологии, привела к созданию в СССР с 1963 по 1991 год эффективной системы нелегального получения данных технологий.  Во главе системы стояла Военно-промышленная комиссия (ВПК), которая координировала деятельность добывающих органов (распределение заказов) и раздачу добытой информации 9 министерствам, отвечающим за вооружение, и министерствам химической, нефтехимической и электронной промышленности.

Государственный комитет по науке и технике (ГКНТ) обеспечивал проведение единой государственной политики в области научно-технического прогресса. В его задачи также входила организация поездок советских специалистов за границу и визитов их иностранных коллег в СССР. Несмотря на то, что часть сотрудников ГКНТ были офицерами «действующего резерва» КГБ и ГРУ, в шпионских скандалах времен «холодной войны» название ГКНТ прозвучало лишь один раз – в деле предателя Пеньковского. Комитет не занимался вербовкой западных специалистов, он лишь давал наводку на потенциальных кандидатов, а реализацией занимались офицеры разведки. Аналогичная ситуация наблюдалась и с добычей научно-технической и военно-технической информации: сотрудники ГКНТ получали ее только легально – выставки, конференции, посещение западных фирм.

О масштабах работы государственной системы экономической и научно-технической разведки можно судить по следующим данным. Так, в отчете ВПК за 1979 год отмечалось, что за год было добыто 196 образцов техники и 3896 документов, а управление «Т» ПГУ завершило 557 разведывательных операций. 57 образцов и 346 документов были эффективно использованы в научно-исследовательской деятельности и разработке новых систем оружия и военных материалов.

Следует особо подчеркнуть, что реальный размах советской системы экономической и научно-технической разведки, несмотря на действенную систему контрразведки, смогли оценить на Западе только в начале 80-х годов, когда предатель Ветров (в 1981 году он вышел на контакт с французской разведкой, будучи помощником начальника отдела Управления «Т») не только подробно рассказал о системе, но и передал множество интересных для западных спецслужб документов. Это достаточно наглядно свидетельствует о профессионализме советских спецслужб, которые 20 лет масштабно, тотально и эффективно добывали необходимую для повышения обороноспособности и научно-технического прогресса СССР информацию, не привлекая внимания контрразведки западных стран.

Одной из наиболее эффективных форм добывания необходимых технологий и образцов техники была ее покупка через посреднические зарубежные фирмы, специализировавшиеся на контрабанде. Для этих целей в 30 странах мира использовались более 300 компаний, которые специализировались на импорт в СССР иностранных секретных технологий и оборудования. Некоторые фирмы были созданы при содействии советской разведки, а некоторые работали самостоятельно, сотрудничая на коммерческой основе.  Данный бизнес считался сверхприбыльным, поскольку за услуги советская разведка платила, как правило, более 50% от стоимости интересующей продукции. По оценкам западных спецслужб, за период с 1976 по 1986 год за «железный занавес» через данные фирмы ушло около 900 тысяч технологических документов и более 75 тысяч образцов и деталей конструкторских разработок, совокупная ценность которых в 10 раз превысила затраченные на их приобретение суммы.

По данным ЦРУ, в подобного рода контрабанде в качестве международного «шлюза» технологий особенно широко использовалась территория ФРГ. Так, германский мультимиллионер Р. Мюллер из Естербурга с 1973 по 1983 год занимал лидирующие позиции на рынке нелегального экспорта. Он владел 60 компаниями в разных странах мира. После его бегства в октябре 1983 года за «железный занавес» сотрудники американской, западногерманской, французской, шведской и швейцарской контрразведки в течение нескольких лет пытались разобраться в истинной деятельности этих фирм. Считается, что первым превратил контрабанду отдельных образцов в выгодный бизнес известный американский миллиардер А. Хаммер, который еще с 30-х годов активно сотрудничал с советской разведкой, принимая участие даже в финансировании агентов советской разведки. ФБР вело постоянную оперативную разработку А. Хаммера и членов его семьи еще с середины 20-х годов, но ничего не смогло доказать. Аналогичную работу в 70-е годы проводила внешняя контрразведка ЦРУ, но с тем же результатом.

Одной из площадок работы советских спецслужб по добыванию экономической и научно-технической информации был Израиль. Самым высокопоставленным из раскрытых информаторов является М. Клинберг, который был директором сверхсекретного Биологического института, занимавшегося работами в области химического и биологического оружия. М. Клинберг в 1982 году был арестован и приговорен к 20 годам тюремного заключения. Другой агент, арестованный в 1991 году С. Мактей, работал в авиационной промышленности.

В 1988 году закончилась разведывательная карьера Ш. Калмановича – бизнесмена международного уровня, финансовые интересы которого простирались от Монте-Карло до Африки. Его друзья – армейские генералы, министры, депутаты израильского парламента охотно делились с ним сверхсекретной информацией, которую он передавал в Москву. Агентом 3-го управления КГБ (военная контрразведка) Ш. Калманович стал во время срочной службы в Советской Армии, после чего, пройдя специальную подготовку, эмигрировал в Израиль. Рационально используя «инвестиции» КГБ, он становится удачливым предпринимателем и, разъезжая по делам бизнеса, принимает активное участие во многих операциях советской внешней разведки. Он участвовал в закупке и тайном ввозе в СССР многих новейших технологий.

Хорошим примером того, как работала советская экономическая разведка в те годы, является история создания сверхтонкой фотопленки. Отечественные специалисты по космической сфере длительное время безуспешно пытались решить проблему, как вставить максимальный объем фотопленки в аппаратуру космической фоторазведки «Янтарь» и «Зенит». Оптимальный вариант — уменьшить толщину основы, а еще лучше вообще обойтись почти без нее, частично используя фотоэмульсию с более высокой разрешающей способностью. Вся сложность проблемы заключалась в том, что в то время ни одна страна мира не располагала подобной технологией. Однако у бельгийской компании «Агфа-Геварт» были наработки в этой области — основа требуемой толщины (6 микрон). И отечественная разведка своевременно проинформировала заинтересованные учреждения СССР об этом.

Было решено найти иностранную компанию, которая сможет решить эту задачу — создать такую пленку, оборудование для ее производства и разработать технологию ее выпуска на промышленной основе. При этом все работы нужно сохранить в тайне не только от конкурентов (в этом в первую очередь заинтересован сам производитель), но и от КОКОМ (это более существенно). В качестве исполнителя решили привлечь японскую компанию, которая имела опыт работ в разработке фотопленок. Выбор фирмы из Японии был обусловлен четырьмя основными причинами:

  1. В этой стране имелась необходимая производственная база: оборудование для изготовления тонких пленок для фотоматериалов, оборудование и отдельные узлы для производства такой аппаратуры и, наконец, опыт по разработке спецэмульсий для авиакосмических пленок.
  2. Возможность использования методов промышленного шпионажа для добычи необходимой информации у различных производителей фотопленок. Понятно, что ни одна компания не обладала необходимым объемом информации. Данные рассредоточены по всему миру и их нужно было аккумулировать в одном месте. А в этом японцам не было равных. Тем более, что промышленный шпионаж в этой стране — один из легальных методов ведения бизнеса (нет закона карающего за это деяние).
  3. Имелся опыт выполнения аналогичных заказов.
  4. Япония, в отличие от США, крайне неохотно соблюдала требования КОКОМ, справедливо полагая, что запреты на экспорт затрудняют развитие ее промышленности и не дают выйти на малоосвоенные рынки Восточной Европы.

Через месяц в Москву прибыли трое представителей компании «Конидай фото» — вице-президент, коммерческий директор и главный специалист, которые должны были решить все технические вопросы, связанные с практической реализацией этого контракта. А уже через год в СССР начали выпускать специальную пленку 38-Т.  Японцы, кстати, тоже должны быть благодарны советской разведке, ведь она таким образом поспособствовала развитию целой отрасли японской промышленности — производству оборудования для изготовления сверхтонких фотопленок.

Советская экономическая разведка внесла весомый вклад в развитие и создание систем вооружения, в самолетостроение, ракетостроение, атомную и космическую промышленность, химию и нефтехимию, в наукоемкие отрасли (прежде всего, в электронику). Особенно заметен вклад разведки в развитие микроэлектроники. Следует отметить, что все легальные попытки СССР получить официальный доступ к новейшим технологиям производства электронно-вычислительной техники заканчивались безрезультатно. Поэтому, скооперировавшись с разведками ряда социалистических стран, в 60-е годы внешней разведке удалось не только приобрести подробную техническую документацию на производство отдельных электронных изделий, но даже отдельные технологические линии.

В 70-е годы СССР снова столкнулся с серьезными трудностями при налаживании производства интегральных микросхем и микрокомпьютеров. Используя полупроводниковые приборы и иную технологию, купленную или нелегально добытую в США, удалось скопировать две модели компьютеров: IBM-360 и IBM-370. Однако для создания технической базы, позволяющей производить перспективные виды вооружения, начиненные микроэлектроникой, СССР должен был наладить массовое изготовление собственных полупроводниковых устройств, надежных и эффективных.

Перед органами внешней разведки была поставлена сложнейшая задача: получить все виды новейшего американского оборудования и технологий, необходимые для создания на советской территории современного завода по производству интегральных микросхем и микрокомпьютеров – копии аналогичного американского предприятия. По мнению известного американского эксперта по компьютерам Л. Бейкера из Лос-Аламосской национальной лаборатории, благодаря тщательно спланированной и блестяще осуществленной операции СССР предусмотрительно обеспечил себя всеми видами оборудования не в одном экземпляре, а в четырех. В результате в 1977–1978 годах был построен современный завод, который в США назвали «сделан в Америке, доставлен КГБ, смонтирован в СССР».

Из отчетов ВПК на начало 80-х годов, 42% продукции советской электронной промышленности было создано с применением западных технологий. Как пишет в своих воспоминаниях предпоследний руководитель ПГУ и последний председатель КГБ В.А. Крючков, «научно-техническая разведка сформировалась как отдельное направление и в последние годы переживала бурное развитие… Результаты ее работы все в большей мере чувствовала наша экономика, действовала обратная связь, количество заявок от министерств и ведомств постоянно увеличивалось… Но, к сожалению, после 1991 года созданный с таким трудом механизм был разрушен».

Как Феникс из пепла

В декабре 1991 года СССР Союз прекратил свое существование. Среди западных политологов распространено мнение, что тайные операции ЦРУ и других американских спецслужб в корне изменили характер холодной войны и ускорили неизбежный развал одной из мировых сверхдержав. Другие убеждены, в том, что только стратегия администрации Рейгана была главным инструментом уничтожения Советского Союза и что именно она сделала возможным «умерщвление советского коммунизма» и завершение холодной войны окончательной победой. Третьи же считают, что без наступательной американской политики советская система вряд ли потерпела бы крах.

Представляется все же, что тайная война администрации Рейгана против СССР не породила кризис советской системы, а только усугубила существовавшие проблемы, доведя их до критического предела.  Как отмечает известный советолог Петер Швейцер в вышедшей в 1994 году в Нью-Йорке книге «Победа», сами серьезные американские советологи считали, что Кремлю вполне удалось бы выжить, если бы он не был принужден сопротивляться совокупному эффекту от угрозы «стратегической оборонной инициативы», ускоренному росту военного потенциала США, геополитическим трудностям в Польше и Афганистане и губительному воздействию экономической войны.

Разумеется, все эти события не могли не коснуться спецслужб. 28 ноября 1991 года президент СССР Горбачев подписал Указ «Об утверждении временного положения о Межреспубликанской службе безопасности (МСБ)», а 3 декабря Верховный Совет СССР принял закон «О реорганизации органов государственной безопасности». Этот закон окончательно упразднил КГБ СССР. Его место заняла МСБ во главе с В.В. Бакатиным.

Можно по-разному относиться к КГБ, но как орган госбезопасности он выполнял свою задачу на всех этапах становления новой страны. Оперативные задачи менялись сообразно внутренней и международной обстановке. Менялись и названия: ВЧК — ГПУ — ОГПУ — НКВД — НКГБ — МГБ — КГБ. Всего — 7 раз за 74 года. В новой России тоже было произведено 7 реорганизаций – но это с 1991 года: МСБ — АФБ — МБВД — МФБР — МБ — ФСК — ФСБ. Появилась даже расхожая фраза: «Реформы Лубянки стали любимым занятием Кремля после тенниса».

Это череда реорганизаций органов государственной безопасности привела к тому, что Россия потеряла уникальную систему защиты, которая в предыдущие годы, по мнению последнего руководителя ПГУ КГБ Л.В. Шебаршина, позволяла полностью парализовать агентурную работу иностранных разведок на территории СССР; создала высокосовершенную защитную систему от технических средств съема научно-технической, военной и другой информации; обеспечивала спокойствие на границах и исключала возможность крупномасштабной контрабанды.

Теперь, когда прошло уже много лет после ликвидации КГБ, можно уже спокойно оценить действия реформаторов.  Хотя без эмоций обойтись крайне сложно. Как известно, главным орудием в деятельности любой спецслужбы всегда была и есть агентура. А вот главный исполнитель в деле развала КГБ Бакатин в одном из своих интервью назвал агентурную работу «омерзительной» и предложил расшифровать всех агентов.  При этом, уже 24 августа 1991 года, то есть, сразу после провала путча ГКЧП, вышел указ Ельцина о передаче архивов КГБ на государственное хранение. Это был нонсенс – всегда и везде архивы спецслужб принято хранить в засекреченном виде по 50, 75 и более лет.  Господин Бакатин щедрым жестом выдал американскому посольству все «жучки», которые были заложены в их здании в Москве, передал безвозмездно питерской демократке Б. Курковой телеоборудование КГБ на сумму 300 тыс. долларов, а также заключил договор с фирмой «Интурсервис» на платные экскурсии иностранных туристов по зданию КГБ. Посидеть в кресле председателя КГБ стоило всего 30 долларов.  Ему под стать был и сугубо штатский человек Савостьянов, который немыслимым образом стал заместителем министра МБ и начальником Управления МБ по Москве и Московской области. Его вполне ясно характеризует фраза, высказанная на праздновании пятилетия ФСНП, где он заявил, что «пока в ФСБ работает хоть один бывший сотрудник КГБ, спецслужбы нельзя считать реформированными…».

Стоит отметить, что реорганизации и «чистки» спецслужб, начавшиеся после краха Советского Союза, затронули разведку в меньшей степени, чем контрразведку. Прежде всего, они отразились на руководстве. Так, через месяц после назначения Бакатина председателем КГБ СССР 23 сентября 1991 года подал в отставку начальник ПГУ Л.В. Шебаршин. На его место 30 сентября указом президента СССР был назначен академик Е.М. Примаков. А 22 октября 1991 года постановлением Госсовета СССР № ГС-8 внешняя разведка была выведена из состава КГБ СССР и реорганизована в самостоятельное ведомство — Центральную службу разведки СССР (ЦСР СССР). Когда же СССР был окончательно ликвидирован, президент России 18 декабря 1991 года подписал указ о преобразовании ЦСР в Службу внешней разведки РФ (СВР РФ).

Первым директором СВР стал Примаков, перед которым стояли очень непростые задачи. Дело в том, что после августа 1991 года, распада СССР и последовавших за этим реорганизаций и «чисток» спецслужб у некоторых сотрудников СВР наблюдалась растерянность. Многие профессионалы ушли из разведки как по материальным соображениям, так и видя отношение тогдашнего руководства страны к спецслужбам, агентуре.  Для решения возникших проблем было необходимо создать новую разведывательную доктрину России, которая отражала бы современные политические реалии и обозначила место внешней разведки в новых условиях, ее цели и задачи. Все это нашло отражение в принятом 11 августа 1992 года федеральном законе «О внешней разведке», согласно которому «внешняя разведка РФ является составной частью сил обеспечения безопасности Российской Федерации».

Принятие закона «О внешней разведке» позволило СВР отказаться от проводимой прежде политики глобализма. Если раньше разведка действовала практически во всех регионах мира, то теперь — только в тех странах, где у России есть действительно подлинные интересы. Была изменена организационная структура СВР: прежде всего, произведено сокращение центрального и зарубежного аппарата на 30—40%. В результате численность кадровых сотрудников СВР составила 15 тыс. человек. Кроме того, были закрыты 30 резидентур, преимущественно в странах Африки, Латинской Америки и Юго-Восточной Азии.  Главной задачей СВР стало активное участие в реализации российской внешней политики, повышение оборонного потенциала и ускорение социального и экономического развития России.

10 января 1996 года был принят новый федеральный закон «О внешней разведке», в котором обозначены сферы деятельности каждой из разведок: для СВР — экономическая, военно-стратегическая (политическая) и научно-техническая, для ГРУ — только военно-техническая. Еще важный момент — перечень тех, кому предоставляется добытая разведкой информация: президенту России, палатам Федерального собрания, Правительству и определяемым президентом федеральным органам исполнительной и судебной власти, предприятиям, учреждениям и организациям. Таким образом, руководители предприятий могут получать интересующую их информацию по экономической, научно-технической и военно-технической тематике. Ведь в то время предприятиями страны было востребовано только 20% добываемой СВР экономической и научно-технической информации.

В новый закон было внесено много дополнений, позволяющих совершенствовать и активизировать деятельность СВР. Это, прежде всего, касается защиты источников информации. В новом законе зафиксировано, что сведения о лицах, оказывающих конфиденциальное содействие органам внешней разведки, составляют государственную тайну и рассекречиванию не подлежат. Благодаря этому агентура внешней разведки стала гораздо защищеннее, что не могло не сказаться на расширении агентурных позиций.

Безусловно, в последние два с половиной десятилетия своего существования российская внешняя разведка выросла во многих отношениях, стала многофункциональной по направлениям работы, характеру и специфике решаемых задач; создала ряд структур по научному осмыслению разведывательной деятельности; вооружилась новейшими информационными технологиями.

Конечно, возникает вопрос: а каких достижений добилась отечественная разведка за этот период? Ответить на этот вопрос очень сложно, поскольку разведка любой страны тщательно оберегает свои секреты, и об успехах разведки зачастую можно судить по ее неудачам, провалам агентуры.  Однако тот факт, что в условиях введенных против нашей страны экономических санкций российская экономика не просто смогла выжить, но и благодаря политике импортозамещения начала демонстрировать рост, уже говорит о многом.  Сейчас, глядя на последние несколько лет, есть уверенность, что Россия смогла создать эффективную систему обеспечения экономической безопасности. И нет сомнения, что экономическая разведка и впредь будет в полной мере играть роль «локомотива» развития отечественной промышленности.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*