ЕДИНСТВО ФОРМЫ И СОДЕРЖАНИЯ

— У нас поэтому и погоны на форме. Мы – люди государственные. Мы служим Отечеству. Так что ответственность – соответствующая.

Мечта у меня одна – всегда быть при настоящем деле. Каждый день чувствовать, точно знать, что здесь, в прокуратуре, ты на своем месте. Если ощущаешь себя на своем месте, то должность не имеет значения. И еще: важно получать удовольствие от работы.  Если есть удовлетворение от сделанного дела, даже если оно мало кому известно, потому что в этих стенах делается много важной, ответственной работы, о которой знает только коллектив, тогда ты живешь не зря, не в пустую проводишь время на службе. А значит, доверенное тебе государственное дело исполнишь, как положено. В соответствии с Законом и Совестью. Такое вот единство формы и содержания в нашей профессии всегда ДОЛЖНО быть!

Так вот без пафоса, но уверенно, с искренней убежденностью завершил трехчасовой разговор о профессии старший советник юстиции, прокурор Ленинского района Владивостока Владимир Михайлович КОНДРАТЕНКО.  А на вопрос, что сказал бы тем, кто только собирается шагнуть в эту профессию, чуть помедлив, ответил:

— Профессию эту надо прочувствовать, впитать ее в себя. И тогда она откроет тебе все свои грани. Но для этого нужно, на мой взгляд, все время совершенствоваться. И пройти весь путь от первой ступеньки. Здесь по-другому не бывает. Мы все начинаем путь с помощников прокурора. И так по лестнице – наверх, наверх, наверх. Поэтому пожелание одно – если ты пришел в эту профессию всерьез и надолго, значит, надо дойти до самого верха. Но надо быть безоговорочно, предельно честным самим с собой. Как говорит наш прокурор края Сергей Алексеевич БЕССЧАСНЫЙ ЧАЩЕ ГЛЯДИТЕСЬ В ЗЕРКАЛО.  Не с целью пригладить виски, а на себя, как на профессионала, смотрите постоянно и пристально. Наш краевой прокурор – это удивительный человек.  У которого есть чему поучиться. И у него самого получается соответствовать всем требованиям профессии и быть настоящим прокурором!


СПРАВКА

КОНДРАТЕНКО
Владимир Михайлович

1985-1987гг. – служба в рядах Советской Армии.
1993г.  – окончила юрфак ДВГУ.
1994-1995гг. – следователь прокуратуры Фрунзенского р-на Владивостока.  
1995-1996гг. – старший следователь прокуратуры Фрунзенского р-на Владивостока. 
1996-2008гг. – заместитель прокурора Фрунзенского р-на Владивостока.
2008-2013гг. – прокурор г.Спасска-Дальнего.
2013г. по настоящее время – прокурор Ленинского района Владивостока.


 

На протяжении всего общения Владимир Михайлович Кондратенко особо подчеркивал, что профессия эта требует постоянного совершенствования, обязывает тебя непрерывно учиться. Это подчеркивало высокий уровень профессионализма самого собеседника. И на протяжении всего нашего разговора только четче проявлялась одна мысль: вот – Прокурор, это – его профессия, единство формы и содержания. Наверное, уже со школы он и не думал ни о какой другой профессии. Об этом я уверенно сообщила собеседнику. И тут Владимир Михайлович удивил:

— Я сам из Амурской области, родился в городе Белогорске. На реке Томь, под Белой горою. Это такие вот белые меловые склоны, спускаются прямо к реке. Гора и дала название этому городу.  Город состоял в основном из войсковых частей. Там находился штаб армии. Знаете, у писателя Александра Грина есть такой замечательный персонаж Артур Грэй. И вот о нем сказано: он родился, чтобы стать капитаном, он мечтал стать капитаном, и он стал капитаном. Я мечтал быть только военным. Я поступил в Дальневосточное военное общевойсковое высшее командное училище. Но военная карьера не задалась. В училище допустил ошибку.  Был отчислен. И с тех пор мой вектор судьбы направился совсем в другую сторону. Для начала была служба в Вооруженных силах. Меня направили тогда на Афганскую границу в город Термез. И там я проходил свою срочную службу. Удалось посмотреть Среднюю Азию. Побывал во многих узбекских городах проездом в солдатских вагончиках.  И в Туркменистане, и на Кушке побывал. Восточный колорит с тех пор в душу запал крепко. Мы же, ребята из российской глубинки, тогда иностранцев не видели, а об интернациональном долге и количестве союзных республик знали из учебников. Так вот тогда и пришлось столкнуться с разным национальным менталитетом. В своей роте я был единственным русским. Конечно, сказывалось то, что я русский и языка не знаю. Но в отношениях в большей мере значение имело обстоятельство – сможешь ли ты за себя постоять. Мы стояли на границе. Это была пустыня. Афганистан был через 30 метров за колючей проволокой. Не было воды. Все в таких вот суровых условиях. И здесь в узком мужском коллективе очень большое значение имело, что ты сам собой представляешь. Прошел хорошую школу: как жить в многонациональном коллективе, как общаться с самыми разными людьми, как уметь за себя постоять. Что самое главное вынес со службы? Это аккуратность в поведении. Дисциплина. Внешняя опрятность. Это – обязательное условие. И вот – дембель. Надо сказать, что о дальнейшей своей судьбе не задумывался до тех пор, пока не добрался до станции назначения, до своего Белогорска. Ну, такая была эйфория! Я протопал по родным заснеженным улицам, это было начало января 1988 года. Всё! 10-15 дней – приходишь в себя. И потом понимаешь – надо двигаться дальше. Перспектива – родной огромный машиностроительный завод. Слесарь механосборочных работ. Пошел.  Эта специальность была освоена еще в школе. Конечно, я видел себя дальше, вне стен завода. Значит, надо было учиться. У меня была льгота при поступлении. Я нормально подготовился и очень хорошо прошел собеседование на рабочий факультет Дальневосточного государственного университета. Почему сюда? Наверное, сыграл пример брата. Мой родной брат, старший, окончил ДВГУ с «красным дипломом», распределился в органы прокуратуры. Он пошел более короткой дорогой. А мне решение о службе в прокуратуре пришло только после армии. Именно потому, что отвечало главному моему желанию – служить! На государственной службе. Потому, окончив юридический факультет, подал заявление в кадровую службу Прокуратуры Приморского края.

Коллектив прокуратуры Ленинского района города Владивостока

ТАК НАЧАЛАСЬ СЛУЖБА…

Однако, места в прокуратуре сразу не оказалось. И чуть больше года проработал Владимир Кондратенко в юридической конторе. А потом раздался долгожданный звонок: есть место в прокуратуре Фрунзенского района. Завтра ждут. Согласны? Ответ прозвучал однозначный – ДА! И сказав «да» в том 1994 году, ни разу до дня сегодняшнего Владимир Михайлович об этом не пожалел.   Только первый рабочий день помощника прокурора   Кондратенко начался в 9.00 … в Первореченской районной прокуратуре.

— Временно меня прикомандировали к прокуратуре Первореченского района. В 9 утра 1 июня я туда прибыл. А в 10 утра поступил звонок дежурному следователю из дежурной части об обнаружении обгорелого трупа в районе, где сейчас район Снеговая Падь. И мы поехали туда на вызов.  Богатого опыта в таком деле у меня, конечно же, не было. Прибыли. Стойкий запах паленого… На месте присутствуют по порядку: следователь, судебный медик, понятые, и уже потом я, стажер.  Вокруг – сотрудники правоохраны, уголовный розыск. Они в это время отрабатывают лесной массив.  Ходят, прочесывают. А мне дали ручку, бумагу, и я записываю все. Судебный медик осматривает. Я пишу. Следователь мне через судебного медика надиктовывает. Потом судебный медик снимает одежду с останков, упаковываем.  За 2,5 часа с этим управляемся. Труп криминальный. Это очевидно. А потом подходит сотрудник уголовного розыска и говорит, что тут на расстоянии 250 метров еще один труп. Надо перемещаться туда. Надо – мы перемещаемся. Там труп посвежее, черепно-мозговая травма. В установленном порядке осматриваем и его.  Начиная с 10 утра и до восьми вечера, мы находились на первоначальных следственных действиях. Потом приезжаем в прокуратуру Первореченского района. И через пару часов – совещание с уголовным розыском. Подведение итогов их работы, нашей работы. Обмен новостями, выстраивание версий основных, установление личностей погибших. И где-то в половине первого ночи закончился мой первый рабочий день. Тот день мне показал основное – была здоровая, крепкая спайка между работниками прокуратуры и сотрудниками уголовного розыска. Я готовился к этой профессии. И знал, чтобы получить здесь уважение, надо обладать крепкими нервами, работоспособностью, умением постоять за себя, поставить задачу. И ее выполнять. Мне повезло с местом работы. Потому что и в Первой речке и во Фрунзенской прокуратуре был очень здоровый, высокопрофессиональный коллектив уголовного розыска. Они были постарше, поопытнее. И они приглядывались к следователю прокуратуры, как себя ведет, как относится к делу. Если ты способен и готов не сразу после осмотра места происшествия, зевая, убраться домой, а приехать, разложиться и пойти вместе с ними планировать, выслушать их доводы, версии, что они добыли за это время, план работы на завтра. А иногда и выпить с ними. Что греха таить… Это же мужской коллектив, да еще на такой работе… Со временем, присмотревшись к тебе, люди начинали тебя уважать. Либо не уважать.  Они сразу видели: или ты действительно следователь, пусть и начинающей, но перспективный. Либо ты просто чиновник. Приехал, глянул, время отбыл, руки умыл – и до свидания! Такие тоже встречались.

Кондратенко, несмотря на молодость и тогда еще отсутствие большого опыта, точно был не из последних. Работа его притягивала. Заряжала азартом. И рамками точного рабочего времени не измерялась никогда. Осваивал, впитывал действия, знания коллег, «оперативников», следователей, дознавателей, — всех, с кем сводило дело, от кого зависел итог работы. Потому что каждая мелочь, каждая деталь давала ему не просто новые знания, но и прибавляла понимания сути работы прокурора на месте происшествия.

— Моя основная задача была спланировать. Определить, какую роль выполняет следователь прокуратуры на месте совершения преступления. Он — ру-ко-во-ди-тель группы. Разумеется, следователь прокуратуры, который работал три дня, руководителем полноценным вряд ли мог быть. С тобой вместе работал эксперт-криминалист, который что-то подсказывал, что-то тебе советовал. А уже когда сам опыта набрался, то на месте уже вместе совет держали. В 1996 году я был уже заместителем прокурора. То есть, что было на месте происшествия полезного от меня? Оперативным работникам на совещании ты уже мог сказать: предполагаемое орудие преступление, причина смерти, сколько было телесных повреждение, каковы они. И твоя информация уже давала оперативникам картину происшествия. Твоя задача была – закрепить это всё процессуально. Вовремя допросить, представить защитника человеку, записать на видео его разговор, его освидетельствовать: битый, небитый, добровольно дал признательные показания, не добровольно… Чтобы в последующем отсечь все вопросы о добровольности дачи показаний, которые могут возникнуть в суде. Выйти с ним на проверку показаний на месте. И если преступление шло на раскрытие, задача следователя была работать 48 часов в сутки без перерыва, для того чтобы «закрепиться». Семь дней ты отработал, через семь дней заступает на вахту другой следователь прокуратуры. А ты дальше работаешь планомерно по делам. Я говорю сейчас о следствии прокуратуры, поскольку со следователями следственного комитета я общаюсь сейчас, как с поднадзорными. А здесь ситуацию я знаю изнутри. Так вот точно могу сказать, что это была вызывающая уважение, достойная, трудная, ответственная мужская работа. Которая как раз и укладывалась в мое понимание СЛУЖБЫ. Государственной службы. Ты был наделен полномочиями, и в твоих руках были, согласитесь, судьбы людей.

Слово «человеку» в тексте подчеркнуто не случайно. Именно так в разговоре прокурор Кондратенко называл задержанных, подозреваемых. А как иначе? Пока не доказана вина – не смей настраивать себя негативно. Закон этого требует. И основаны требования на большой практике. Вот только в жизни всегда очень трудно сотрудникам правоохранительных органов, силовикам этому следовать. Ведь столько всего видят они на месте происшествия!  А следователь прокуратуры Владимир Кондратенко не позволял эмоциям брать верх над Законом. И всегда сам присутствовал, вникал в каждый этап следствия. После выезда на убийство присутствовал обязательно на вскрытии, слушал выводы судмедэксперта. А тот исподволь наблюдал, как молодой прокурорский себя ощущает. И это тоже влияло на мнение о его работе. О следователе прокуратуры Кондратенко уже тогда сложилось однозначное мнение: сделает все по фактам, по закону. Эмоциям, личному отношению к человеку, к ситуации командовать собой не позволит. Хотя иногда так трудно было от этого удержаться.

— Был у меня подследственный по фамилии Дубов, который зарезал свою жену из-за бутылки водки. Зарезал в состоянии абстиненции. Он вышел покурить, выпивали они вместе, было это на Корейке, семья неблагополучная, пьющая семья. Мама инвалид и они. Красивая пара в молодости, опустившаяся невероятно. Нигде не работающие. И жили исключительно на пенсию мамы.  Так вот этот Дубов, узнав, что жена выпила чекушку, оставленную на опохмел, за это нанес два удара в сердце и убил её. Свидетелем была мама, она указала на нож, изъяли нож, совпали раневые каналы от этого ножа. А Дубов говорит – не я! И всё тут! Я ему говорю: Виктор Николаевич, вот посмотрите, вот это, вот это… Нет, не я. Он был неприятный человек. Во-первых, сам мотив отвратительный. Во-вторых, что-то было в нем такое желчно-злое, отталкивающее. Такой воинствующий алкоголик. Но как бы я к нему ни относился, собрана была доказательная база.  Я встречался с ним не раз, как и с другими обвиняемыми, носил в СИЗО на эти встречи сигареты, как и другим остальным. Потому что принести сигареты, листок бумаги, ручку своему подследственному, хотя и у самого с деньгами было небогато, считалось нормальным правилом. Хотя иногда встречались люди, совершившие даже очень тяжкое преступление, которые вызывали симпатию своим поведением, своим отношением к содеянному. Но в любых ситуациях я всегда поступал с людьми честно.

Именно этим отличался прокурор Кондратенко на всех ступенях должностной лестницы. О каждой ступени можно рассказывать долго. И, поверьте, будет интересно.

В официальной справке даже солидная часть твоей жизни, работы умещается порой в одну строчку.

ПРО ВЫСОКИЙ СЛОГ

Что характерно. Владимир Михайлович о каждом этапе своей работы, о каждом шаге по службе рассказывал, не как о делах минувших. Это были не воспоминания, а учеба, практические навыки, которые нужны всегда в повседневной работе. И вчера, и сегодня, и завтра…  Эта работа, вернее сказать, СЛУЖБА стала для Кондратенко не частью жизни, а самой жизнью. Судьбой. Скажете, высокий слог? Может быть, но только не для него и не про него. Для многих очень непросто говорить «нет», особенно, если просит тот, с кем вместе сутками работаешь над раскрытием преступления. А Кондратенко сказал, что это совсем не трудно, если точно знаешь, что факты и закон – на твоей стороне. Причем, нет в этом рисовки. Просто это – внутреннее убеждение. Это – стиль его работы, безоговорочно принятый с первых дней.

— Учителя у меня были высококлассные! Установка такая была — просто бросаться обвинениями категорически нельзя. Ты должен оперировать только фактами. Следователи и дознаватели были моими поднадзорными. Меня этому четко и жестко учил мой первый прокурор – Борисенко Виктор Анатольевич. Прокурором города тогда был Мельников Юрий Борисович. Меня поражал уровень его интеллекта, внутренняя организованность, прозорливость, умение себя вести в любых ситуациях. Прямо хотелось рисовать с него портрет прокурора. Он никогда не выпячивался, но я знаю многих людей, своих коллег, которые «затачивали» себя под него. Полное соответствие своей профессии, я в этом уверен. Сейчас не перестаю удивляться нашему прокурору Приморского края. В нем обращает на себя внимание интеллект и воля. Сергей Алексеевич Бессчасный всегда говорит: «прокурор – это человек, которому ДОВЕРЕН участок работы». Доверен! То есть высшее доверие Генерального прокурора обозначено в приказе о назначении тебя на должность. Генеральный прокурор счел возможным передать тебе в руки целую территорию, за жизнь которой ты отвечаешь. Так что соответствуй!

В 2008 году Владимира Михайловича Кондартенко назначили прокурором Спасска-Дальнего. Все было новым. И город, и коллектив, объем и профильные направления работы. Освоил. Через пять лет работы – комплексная проверка. Оценка высокая. Так вот просто. Но об этом периоде службы тоже можно целую книгу написать. Интереснейшую!

Пятый год уже старший советник юстиции Кондратенко – прокурор Ленинского района Владивостока. И здесь – с полной самоотдачей служит избранному делу

— Для работника нашей профессии жизненно важно, и даже не для него, а для людей, в первую очередь – чтобы он был на своем месте. Чтобы это была ЕГО профессия, его СУДЬБА.  Если прокурор на своем месте, значит он может с успехом осуществлять свою основную функцию. А она в том, чтобы помочь людям и Государству. И часто задаешь себе вопрос: а на своем ли ты месте? Такое вот постоянное обращение к самому себе с этим вопросом. Сколько бы лет ты уже не отработал. А может быть, именно потому, что уже столько лет работаешь в прокуратуре. Чем больше приобретаешь, тем больше сомневаешься, всегда сам себе говоришь: у тебя нет права на ошибку. Нет!

Вот в этом – весь Владимир Михайлович. Такое вот единство формы и содержания. Во всем. И на работе, и дома. Да, жена – прокурор. Так что дома – взаимопонимание. Двое детей. Правда, по стопам родителей они не пошли. Есть традиция давняя – в отпуск всей семьей отправлялись на машине в Белогорск. А потом в Спасск-Дальний к другу. С ним – пешком на гору Лысая. Это «тысячник». Взобраться, устать, палатку разбить, костер разжечь и беседовать обо всем, глядя на звёзды… Ощущения удивительные.

И забыть это уже невозможно. Этим живешь. Как и службой в прокуратуре, которая будет с тобой на все времена. Потому что прокуратура – форма, которая требует соответствующего достойного, профессионального, человеческого содержания. И здесь всё сошлось.

Татьяна БОГАТИКОВА

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*