Чиновничье беспамятство

Председатель Союза ветеранов Корейской войны Герой Советского Союза генерал-майор авиации Крамаренко Сергей Макарович: «Печально осознавать, что мои друзья, боевые летчики, погибшие на войне в Корее, похоронены на кладбищенской помойке в Уссурийске, а бандиты и чиновники – на лучших местах с удобными подходами и под мраморными плитами».

Впервые  о воинских захоронениях в городе нашенском, в Уссурийске, я узнал из письма Ольги Васильевны Наумовой, дочери Героя Советского Союза Василия Сергеевича Куркова. Обращалась этим письмом она к городским властям с просьбой узнать, в каком состоянии находится могила ее отца, который был захоронен на 2-ом Ворошиловском военном кладбище, северо-западный участок.

Если было второе военное кладбище, значит, подумал я, должно быть и первое. Скажу честно, поиски этого захоронения длились несколько лет, пока я не встретил Лосева Александра Сергеевича, неравнодушного человека, которого тоже волновала эта тема. Он уже, оказывается, написал целую статью  о брошенном в городской черте городскими властями этого воинского захоронения под названием «А на кладбище все спокойненько…» и отнес ее в городскую уссурийскую газету «Коммунар». Но главный редактор Избенко отказалась ее печатать, как же, это ведь камень в адрес городских властей, а газета кормится с их рук. Про сегодняшнюю власть нужно писать только хорошее, плохого писать про нее нельзя.

Герой Советского Союза генерал-майор авиации Крамаренко Сергей Макарович и председатель Уссурийского отделения организации «Боевое братство» Евгений Танасьев. Город Москва, 10 мая 2018 года.

Вместе с председателем местного отделения «Боевого братства» Евгением Танасьевым мы обследовали этот «город мертвых». Кому интересно, можете посмотреть. Зрелище не из приятных. Находится это брошенное городское кладбище слева от бывшей школы милиции, сразу за железными гаражами. Улица Охотничья называется. Триста, четыреста захоронений. Может больше, может меньше. Практически все металлические надгробия поломанные или вывернутые, со звездами, либо с тем, что осталось от них. Большинство без оградок, ржавые, заросшие травой с человеческий рост. И ни одной подписи.

На этой кладбищенской помойке увидели сильно покосившееся каменное надгробие с полуразбитой фотографией и выбитыми в камне буквами. По этим буквам с трудом прочитали: «Подполковник Дзюбенко Николай. 1918-1951 года». Советский летчик, погибший при исполнении служебных обязанностей во время войны в Корее. Уже позже в Москве из уст Сергея Макаровича Крамаренко, человека-легенды, Героя Советского Союза, практически единственного из летчиков, оставшихся в живых на сегодняшний день из числа воевавших в Корее, узнали, как погиб Дзюбенко. Он был в составе специальной группы, посланной руководством наших ВВС для захвата образцов вражеской техники. При посадке от воздушных завихрений от впереди идущего на посадку самолета его машина попала в спуртную струю, накренилась, задела плоскостью за край бетонной полосы и скапотировала. Пилот погиб. Техника то была новая, реактивная, МиГ-15, и осваивать ее приходилось, можно сказать, с ходу.

«Самого летчика я не помню, мы служили в разных частях, но случай этот произошел при мне, – продолжил свой рассказ Сергей Макарович. Тогда смерть ходила за нами по пятам, я сам был сбит американцами и вынужден был катапультироваться. Повезло мне больше. Тем более что сбит был уже во второй раз. Первый – во время Великой Отечественной. Но тогда был еще тяжело ранен, весь обгорел и попал в плен к немцам, был направлен в концлагерь, все его прелести за неделю пребывания ощутил, как говориться, на собственной шкуре. И во время войны, и после нее. И лечился по госпиталям полгода. Так что в Корее был уже не новичком, а летчиком, знавшим, почем фунт лиха. Но к смерти своих боевых товарищей, летчиков, привыкнуть очень тяжело даже на войне. Да и невозможно это чисто по-человечески. Поэтому сегодня тяжело осознавать, что мои боевые друзья-летчики, погибшие на той войне, защищавшие государственные интересы нашей страны, похоронены в Уссурийске на кладбищенской помойке, когда чиновники и бандиты, мало сделавшие для нашей Родины, под мраморными плитами и на лучших местах.

«Печально осознавать, что боевые летчики, погибшие в Корейской войне, похоронены в городе Уссурийске на кладбищенской помойке».

Хоронили погибших в двух местах. В Порт-Артуре, где находилась наша военная база, и в городе Ворошилове, ныне Уссурийск. Почему? До нас не доводили. Я думаю, и по вопросам секретности, ведь официально мы войну в Корее не вели, и лишнего шума нам не надо было. Когда нас отправляли с полка, который располагался в Теплом Стане под Москвой, в личных делах летчиков так и написали: служба по спецпредписанию. Ни разъяснений, ни уточнений. Даже родным запретили говорить про Китай, тем более про Корею. Уже на месте переодели в китайскую военную форму. Даже пытались нас учить команды в воздухе подавать на корейском языке. Но в бою это не прижилось. Когда до гибели порой оставались секунды, корейская грамота вмиг улетучивалась из головы. Радиообмен шел на русском… Удостоверения личности тоже изъяли, в строевой части полка хранились. Перелетать границу КНДР категорически запрещалось, бои вели только над территорией Кореи. Если наших летчиков сбивали, подбирали китайские или корейские солдаты. И другой вопрос, может быть, финансовый. Денег-то у страны мало было. К тому же совсем недавно закончилась Великая Отечественная война, и наших воинов хоронили там, где они погибали. А в Ворошилове-Уссурийском тогда стоял штаб Приморского военного округа, и это был крупный военный форпост нашей страны на Дальнем Востоке. Военных начальников в городе много было, наверное, надеялись, что могилы всегда под присмотром будут. Ведь это еще и воспитательный аспект. К сожалению, такого не получилось.

Вы посмотрите, как наши китайские товарищи следят за могилами наших соотечественников, погибших в той войне, у себя на родине. Нашли деньги, поставили добротные памятники, ухаживают за ними с любовью. А в Уссурийске на могиле моего боевого товарища, Героя Советского Союза подполковника Горбунова, которого американские стервятники расстреляли спускающегося на парашюте, даже фотографии нет. Памятник федерального значения. Что тогда говорить о рассыпающихся надгробиях у рядовых летчиков? А ведь это единственное захоронение наших геройских ребят в России, погибших в «неизвестной войне» в Корее, где столкнулись государственные интересы СССР и США уже после второй мировой войны. И не получи они по сопатке, неизвестно, применили бы американцы атомное оружие еще раз, только уже на территории нашей страны. Поняли, что мы порох держим сухим, не посмели».

Ну а что касается памяти…  Обращался Сергей Макарович на имя Министра обороны РФ с просьбой выделить средства, даже небольшие на восстановление надгробий на захоронении своих погибших товарищей в Уссурийске. Как Герой к Герою. Письмо адресат получил, но ответа не последовало. Обратился через три месяца после этого принять его лично. В управлении делами МО РФ вежливо ответили, что министр не принимает. Уже личным контактом с директором и владельцем частного музея боевой техники в Красногорске под Москвой Задорожным договорился, что будет сделан уголок с небольшой информацией и выставлен наш МиГ-15 и американский «Сейбр», с которыми воевали наши летчики уже в далеких пятидесятых. И выпустил книгу «Против «МЕССЕРОВ» и «СЕЙБРОВ». В небе двух войн».

Сделал все, что мог. Во время Великой Отечественной войны сбил два немецких самолета лично и десять в группе. В Корейской войне – уже тринадцать «американцев», войдя в пятерку самых результативных советских летчиков. Сбил еще восемь, но пленки со своего фотопулемета отдал своим ведомым, которые его прикрывали.

Сегодня, не смотря на весьма преклонный возраст, он по прежнему молод душой, сохранил трезвый ум и беспокойный характер.

«Сергей Макарович, в госпиталь не собираетесь ложиться? – спросили мы его на прощание. Вы знаете, а я и сам не пойму, – ответил он. В апреле исполнилось девяносто пять, а в госпиталь ложиться не надо. Необходимости нет».

Что тут скажешь? Поколение победителей. Как и его одногодок, полковой разведчик, кавалер пяти боевых орденов полковник Барсков Борис Евгеньевич, проживающий у нас в Уссурийске. Войну прошел от звонка до звонка. Начал простым рядовым, продолжил после ускоренных курсов командиром взвода пешей разведки, командиром разведроты, начальником разведки полка. Воевать начал под Москвой, а закончил на Дальнем Востоке.

После общения с такими людьми понимаешь, как далеки от жизни те чиновники, которые сократили программу средней школы по изучению истории Великой Отечественной войны всего до нескольких часов. Как далеки от государственности те городские отцы, у которых на их подведомственных кладбищах разрушаются памятники погибшим за нашу страну. Да какие памятники, целые кладбища брошены в городской черте. И нет им до этого никакого дела. Вернее будет сказать, память разрушается руками самих же этих чиновников. И крайнего не найдешь: это не мы, это до нас. Наверное, на этих брошенных воинских захоронениях нужно поместить большой лозунг, почти такой же, как на Могиле Неизвестного Солдата у Кремлевской стены: «Подвиг твой бессмертен, вот только имя твое уже неизвестно». И касается это и героев Великой Отечественной войны, и советских летчиков, погибших уже в необъявленной войне, Корейской.

Доходит до маразма. Евгений Танасьев  с Валерием Ганенко, создателем и руководителем военно-патриотического клуба «Боец», получая скудную зарплату, за свои кровные при посильной помощи 322-го АРЗ (авиаремонтного завода) восстанавливают надгробия погибшим летчикам Силкину и Курбатову, а государство вроде как остается в стороне. Вынуждены были обратиться в Уссурийскую городскую прокуратуру.

И хотя заместитель главы администрации Уссурийского городского округа по вопросам жизнеобеспечения Т.Г. Фищук заверял и председателя уссурийского отделения «Боевого братства» Е.А. Танасьева, и прокуратуру города в лице заместителя городского прокурора советника юстиции В.М. Манида, что «после регистрации права собственности УГО указанный объект будет включен в Реестр … с полным комплексом мероприятий по обслуживанию территорий»,  тут же приглашает ветеранов «Боевого братства» на субботник по благоустройству данного кладбища на сентябрь-октябрь 2017 года. Ветераны приходили, и не раз, и не два. Вот только администрации там видно не было, и, как говорят в народе, конь на этом брошенном воинском захоронении до сих пор не валялся. Это уже на июль 2018 года.

По телевизору посмотришь, как говорят наши бонзы, ну просто брат родной. И хочется ему сказать: ты бы слез, брат, с горы, посмотрел бы своими глазами, что внизу творится. Потому что докричаться снизу туда, наверх, бесполезно. А информация наверх, судя по всему, уходит в искаженном в лучшую сторону виде.

Говорят, русские своих не бросают…  Не только бросают, но и кидают, и обманывают, и предают. В мартовском номере этого издания была статья про исчезнувшую могилу Героя Советского Союза капитана Ивасика Михаила Адамовича, погибшего и захороненного на территории Латвии.

18 апреля с.г. весь комплект документов (с обращением родственников Героя разыскать пропавшую могилу и перезахоронить останки в городе Уссурийске) и статьей был передан в приемную Президента РФ в городе Москва. И все пошло по накатанному кругу. Из администрации отписали на МО РФ, а оттуда прислали … правильно,  дежурный ответ, что он захоронен в городе Уссурийске (согласно официального сайта Уссурийского городского округа). Круг замкнулся, а проще говоря, власти ничего не хотят делать в этом вопросе т.е. выполнять свои функциональные обязанности. В том числе начальник управления МО РФ по увековечиванию памяти погибших при защите Отечества гражданин В.Попов, который, собственно, и подписал такой ответ. И сведениями от местных властей там не располагают. Уже второй год не располагают.

Правильно люди говорят: кругом одна болтология и отписки. Куда-либо обращаться бесполезно. Основные проблемы у нас в стране – это чемпионат мира по футболу и что происходит на Украине. А у Китая таких проблем нет. Поэтому и за могилами они смотрят, и смеются над нами, вывозя из России тысячами кубов и круглый лес, и металл, скупают тысячами тонн нашу рыбу и килограммами женьшень. И в Москве, у музея Великой Отечественной войны на Поклонной горе, не протолкнуться от китайских туристических групп. Потому что, в отличии от нас, они помнят, кто освободил их страну в далеком сорок пятом, и памятники освободителям содержат в образцовом порядке.

В отличии от нас. Вернее, от наших властей.

«Неблагодарное беспамятство – это путь к трагедии», – сказал это человек, подаривший нам Максима Максимовича Исаева- Штирлица, разбирающийся в истории и знавший в ней толк – Юлиан Семенов.

Что тут можно сказать? Можно только согласиться. Погибшие герои, к сожалению, всегда нуждались в нашей помощи – вчера, сегодня и завтра.

И наш земляк, Герой Советского Союза капитан Ивасик Михаил Адамович, чью могилу потеряли в городе Мадона в Латвии. И советские летчики, погибшие в Корейской войне, которая закончилась 65 лет назад.

Виталий Тюрин

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*