Сотрудники уголовного розыска Приморского края одними из первых в стране стали раскрывать наркотические преступления

К 100-летию уголовного розыска

 

В конце 1994 года в одной из печей котельного цеха ТЭЦ-2 во Владивостоке было уничтожено более 8 кг героина, изъятого в ходе проведения милицейской спецоперации на погранпереходе «Хасан – Туманган». Так было исполнено решение Хасанского районного суда, вынесшего обвинительный приговор двум гражданам Северной Кореи, пытавшимся сбыть на территории России крупную партию «тяжелых» наркотиков. Уникальную операцию с внедрением в преступную среду своих людей провели сотрудники оперативно-поискового отдела по незаконному обороту наркотиков управления уголовного розыска УВД Приморского края, работавшие в тесном контакте с контрразведкой Тихоокеанского флота и федеральной пограничной службой…

К тому времени на счету отдела, выросшего впоследствии в управление (УБНОН), а затем в отдельное ведомство — федеральную службу по контролю за оборотом наркотиков,  были и другие успешно реализованные оперативные разработки по борьбе с наркобизнесом, в том числе и на международном уровне. Однако прежде чем говорить о раскрытых резонансных преступлениях вместе с ветераном органов внутренних дел Владимиром Колосовым вспомним, как создавалось в структуре уголовного розыска специализированное подразделение приморской милиции, занимавшееся исключительно наркотиками и всем, что с ними связано.

Биографическая справка. Подполковник милиции в отставке Владимир Анатольевич КОЛОСОВ. После окончания в 1982 году юридического факультета Дальневосточного государственного университета поступил на службу в органы внутренних дел. С 1985 года работал во вновь созданном подразделении по борьбе с наркотиками, которое позднее возглавил. В августе 1996 года вышел в отставку в должности начальника оперативно-поискового отдела по незаконному обороту наркотиков УУР УВД Приморского края. Кавалер ордена Мужества. В настоящее время  является руководителем службы безопасности крупной холдинговой компании.

Ещё в период обучения в вузе Владимир Колосов являлся внештатным инспектором уголовного розыска группы по раскрытию квартирных краж при краевом УВД, которым руководил Александр Владимирович Соколюк. Вместе с университетскими товарищами (Александр Зобов, Сергей Дворянов, Андрей Бураков, Владимир Рябов и др.) занимался перекрытием каналов рынка сбыта: ломбардов и золотоскупок, куда несли краденые изделия из драгметалла. На 5-м курсе сфера деятельности внештатных сотрудников угро расширилась: добавились универмаги, гастрономы, другие торговые точки, где промышлявшие криминальным ремеслом «домушники» предлагали покупателям либо продавцам по дешевке приобрести похищенные вещи. Будущие юристы, работая на равных со старшими коллегами, эффективно раскрывали квартирные кражи – бывало, задержат преступника, а заявления от потерпевшего еще нет. Небольшой практический опыт компенсировался стремлением освоить тонкости сыскной деятельности и творческим подходом к раскрытию преступлений. Нарабатывая методы сыскной работы, инициативные «внештатники» смогли привлечь к сотрудничеству широкий круг людей, в том числе и из числа торгового персонала и сферы обслуживания, вплоть до работников фотоателье. Причем, полезной информацией лица, согласившиеся оказывать содействие в раскрытии преступлений, делились не по принуждению, а с осознанием своей причастности в борьбе с криминалом. Доверительные отношения и взаимная симпатия подкреплялись различными видами поощрений от руководства милиции с вручением отличившимся почетных грамот. В результате раскрываемость по квартирным кражам была высокой. Тогдашний руководитель, который вёл это направление, Иван Андреевич Трекоз не скрывал удовлетворения от работы внештатных инспекторов и не раз ставил ребят в пример действующим сотрудникам милиции.

Поэтому у выпускника университета Владимира Колосова не было другого выбора, как идти в уголовный розыск. С предвкушением он ждал дня, когда уже в качестве дипломированного юриста будет выстраивать определенные комбинации, продумывать новые нестандартные подходы по раскрытию преступлений.

Первое дежурство стажера Колосова в Ленинском райотделе  милиции Владивостока совпало с датой смерти Генерального секретаря КПСС Л.И.Брежнева – 10 ноября 1982 года.  А службу пришлось начинать с должности следователя. Колосову и его однокурснику Александру Зобову пришлось приложить немало усилий, чтобы их перевели на оперативную работу. Свою роль сыграла и внештатная работа в угро. После прохождения в Ленинграде трехмесячных курсов первоначальной подготовки  новоиспеченные оперуполномоченные продолжили службу в уголовном розыске Ленинского РОВД. В коллективе тогда с высшим образованием было всего три человека. Осваивать профессию сыщика  помогал старший коллега Александр Егорович Беликов.

Спустя год Колосова и еще несколько молодых сотрудников перевели в ГОВД Владивостока: там была создана группа по раскрытию квартирных краж, которую возглавил И.А. Трекоз. Работали ребята с азартом, пригодились наработанные ранее связи. Только за первые полгода группа раскрыла около 400 имущественных преступлений. А затем пошла нехорошая практика: оперов стали отвлекать от основной работы на выполнение рутинных задач в районных отделах города. К примеру, коллеги из Первомайки задержат группу квартирных воров — нужно обеспечивать вместо конвоя сопровождение следователей  по местам совершенных преступлений. Успевшие делом доказать свою профпригодность молодые сыщики откровенно заскучали.

Ситуацию спас возглавлявший в то время Управление уголовного розыска УВД Приморского края полковник милиции Алексей Иванович Некипелов. Узнав, что перспективных оперов превратили в «пастухов», он предложил им новую линию, которую по большому счету никто в Советском Союзе не занимался – борьбу с наркоманией.

От поимки пацанов с «косяками» до перекрытия каналов поступления наркотиков из-за рубежа

— В 1985 году в краевом УВД  было создано отделение, которое возглавил Евгений Леонтьевич Золотарев, — рассказывает Владимир Колосов. – Всего 5 человек на весь край: я, Анатолий Заречный, Валерий Виткалов и Колесников. Поскольку, как говорилось на официальном уровне, в стране проблемы с наркоманией нет, её «задавили на корню», группа должна также раскрывать и другие виды преступлений…

Между тем, в годы горбачевской перестройки, когда шла повсеместная борьба с пьянством, пропавшее из продажи спиртное стало заменяться на наркотические препараты и психотропные средства. И если раньше наркотики были уделом уголовного дна, или, как в случае с коноплей, особенностью сельского быта, то с середины восьмидесятых наркотики пошли в города и начали  распространяться среди молодежи. Употреблять их стало модно. Приобрести наркотики можно было практически везде, даже в школах. Как следствие, пошел вал преступлений, совершенных в состоянии наркотического опьянения, либо с целью найти средства на приобретение зелья. Рост преступности отмечался и в районах края, где произрастала маньчжурская конопля.

— Работая одними из первых в СССР по новому направлению, мы показали прямую связь наркотиков и имущественных преступлений, преступлений против личности, — продолжает В.А. Колосов. Имея прежние наработки по квартирным кражам, мы успешно раскрывали «наркоманские дела». Выезжая в командировки по краю, ловили тех, кто занимался выращиванием и продажей конопли, уничтожали её посевы.

Группа работала с большой отдачей. И днем, и ночью. А преступлений меньше не становилось. Через открывшиеся границы пошел вал новых наркотиков, о которых до этого вообще никто не слышал и не знал. Появились целые преступные сообщества, контролирующие наркотрафик от производства «дурмана» до его распространения. Словом, всё шло к тому, чтобы создать более совершенное подразделение, специализирующееся на проблеме наркотиков.

— 15 марта 1988 года я и мои сослуживцы считаем днём создания нашего подразделения по борьбы с наркотиками, — продолжает рассказ Владимир Колосов. — Именно тогда вышел приказ начальника УВД Приморского края о создании при Управлении уголовного розыска краевой специальной группы по борьбе с тяжкими преступлениями, связанными с наркотиками. Большую роль в становлении и дальнейшем развитии этого подразделения сыграл заместитель начальника краевого Управления уголовного розыска Виктор Григорьевич Гаврилов (впоследствии начальник УУР УВД Приморского края, первый заместитель начальника УВД – начальник службы криминальной милиции УВД Приморского края, генерал-майор милиции), по инициативе которого был издан долгожданный приказ.

Поначалу оперативников, специализирующихся на борьбе с наркотиками, а их было по одному на каждый район Владивостока, собрали, как говорится, в один кулак. Вместе со мной тогда начинали Александр Солодянкин, Александр Руднев, Игорь Петришин, Виктор Ларионов. У нас появилась возможность сообща разрабатывать и проводить операции, координировать свои действия. В.Г. Гаврилов запретил начальникам райотделов города «грузить» ребят другой работой.  В таком режиме мы проработали 3-4 месяца. Были хорошие результаты: «сняли» большое число преступных групп, связанных с наркобизнесом…

Затем в рамках вышеназванного приказа началось укрупнение группы. За счет строевых и иных подразделений милиции (ППС, ДПС, приемника-распределителя…) в формирующийся оперативно-поисковый отдел были «спущены» штатные единицы, на должности которых набирались дополнительные силы по борьбе с наркотиками. В то время подразделение пополнили Сергей Кулиговский, Владимир Олех, Александр Комов, Сергей Акулов, Сергей Гусев, Евгений Ватулин, Лев Смирнов, Рафаэль Резванов (все они впоследствии стали успешными операми и опытными руководителями).

За отделом закрепили автотранспорт: два новеньких автомобиля «Жигули» и один внедорожник УАЗ.

На совещании у начальника краевого УВД генерал-майора Александра Ивановича Нежельского перед отделом была поставлена задача: не просто выявлять преступления, связанные с незаконным оборотом  наркотиков, но и результаты деятельности должны регулярно отражаться в Бюллетене оперативно-розыскной информации. Было такое специализированное издание МВД,  выходившее два раза в год, где публиковался передовой опыт по борьбе с преступностью. Наказ генерала был выполнен с лихвой. О работе приморских сыщиков писали в каждом номере Бюллетеня.

Работая над раскрытием преступления, сотрудники оперативно-поискового отдела учились творчески мыслить, просчитывать ситуацию на несколько шагов вперед. Большое удовлетворение получали от реализации самостоятельных разработок,  нестандартных подходов. Так, первыми в стране они стали проводить контрольные закупки. Тогда не было никаких методик. Но делалось это ещё до того, как появился закон.

Стали использоваться возможности радиосвязи. Были такие переносные радиостанции «Чайка» и «Кайра». Для того, чтобы контролировать обстановку при совершении сделки (других технических средств в то время не было) одна радиостанция переключалась на режим передачи, маскировалась, например, в портфеле «дипломат», передавалась объекту (участнику операции) или устанавливалась в кабинете. Другая радиостанция работала на приём, и уже не наобум, а в момент передачи наркотиков, группа захвата брала находящегося в разработке наркоторговца. Эти примитивные техсредства позволяли успешно завершать проводимые операции. Кстати, работали ребята опять на опережение –  закон об оперативно-розыскной деятельности, позволяющий использовать технические средства, вышел позднее. А самодельными техническими новинками при проведении оперативных мероприятий отдел обеспечивал старший инженер-инспектор службы краевого УВД Александр Геннадьевич Усов.

Во многих оперативных разработках приморские оперативники считались первопроходцами. Для изучения практики во Владивосток на Светланскую, 7 (по этому адресу размещался отдел по борьбе с наркотиками) дважды приезжали представители института МВД СССР. Аналогичные подразделения стали создаваться в Новосибирске, а затем по всей стране.

— К тому времени мы уже переросли себя, — вспоминает Владимир Колосов. — От поимки пацанов с «косяками» отдел перешел на более серьезные дела: стал выходить на межрегиональные связи, на базовые схемы, на оптовых поставщиков, на крупных производителей. Сбытчиков наркотиков  было мало взять, нужно проследить всю цепочку от начала до конца, задокументировать дела, не допустить утечки информации. Для решения оперативных задач приходилось выезжать в Хабаровский край, Амурскую область, Москву, другие города России, работали также по Украине, Средней Азии, Кавказу…

Хлопот доставляли и ближайшие зарубежные соседи. Из Китая в больших количествах поступал в виде таблеток эфедрин. На рынке наркотиков появились медицинские препараты, северокорейского производства.

«Геологическая экспедиция» к северокорейским «лесорубам»

В конце 80-х во Владивостоке стали появляться наркотики морфиновой группы. Сотрудникам оперативно-поискового отдела  удалось выявить точку их сбыта – в притоне, организованном в одной из квартир на ул. Светланская. Несколько дней скрытого наблюдения — и задержанный с поличным наркокурьер начал давать показания. Было установлено, что наркосодержащие медицинские препараты, произведенные в КНДР, поступают в Приморье из поселка Тырма Верхнебуреинского района Хабаровского края. Там находится поселение северных корейцев, которые по контракту официально занимаются лесозаготовкой. Попутно лесорубы промышляли более доходным бизнесом – из КНДР для продажи на российской территории поступали наркотики, причем достаточно крупными партиями.

На состоявшемся совещании у В.Г. Гаврилова было принято решение: для пресечения этого канала выехать на место. Трудность состояла в том, что граждане КНДР жили изолированно – свой поселок, со своей администрацией, со своим бытом, кругом тайга, незнакомому человеку туда просто так не зайти. Также нужно было учитывать, что среди них есть офицеры спецслужб, которые контролируют торговлю наркотиками. В ходе разработки деталей операции была разработана легенда: рядом с поселением северокорейских лесорубов ведутся геологоразведочные работы. А чтобы всё было легально, руководство Дальневосточного геологического института снабдило участников операции необходимой документацией, экипировкой, оборудованием. Для большей достоверности в состав экспедиции были включены два геолога-профессионала, которые внесли свой вклад в успешный исход операции.

Также вместе с оперативниками на север Хабаровского края выехал привлеченный к сотрудничеству наркокурьер. Назовем его Николай. Уроженец поселка Тырма, работавший матросом в Дальневосточном пароходстве, Николай ехал отдельно от остальных в соседнем вагоне местного поезда, в котором находилось немало его земляков. В поезде с  ним была разыграна как бы случайная встреча. Один из участников операции Александр Солодянкин, артистично сыгравший  роль старого «морского волка», во всеуслышание поведал Николаю, что в моря уже не бегает, а прибился к геологам лаборантом. Договорились поддерживать связи по прибытии на место, попить водочки, вспомнить былое.

В поселке Тырма «геологи» сняли у местного жителя полдомика на противоположном от корейского поселения берегу реки. Стали исследовать окрестности. Имитируя «полевые работы», установили аппаратуру слежения. И всё это под пристальным наблюдением нескольких пар бдительных азиатских глаз. На мосту постоянно дежурили два-три корейца. Сидят на корточках, курят, держат ситуацию под контролем, муха не проскочит. Видят, каждое утро «геологи» с рюкзаками выходят на маршрут. Короче, привыкли к новым соседям. В составе экспедиции был переводчик-кореец  Петр Данилович Пак, когда-то он работал в СМЕРШе. Чтобы «не светиться», на улицу пожилой человек выходил скрытно только ночью.

Вскоре пошли торговые контакты с северокорейскими рабочими, которые предлагали  «геологам» купить по сходно-спекулятивной цене спортивные костюмы, калькуляторы, авторучки, самогон «попча».

А тем временем Николай под контролем Александра Солодянкина искал выход на своего корейца, у которого покупал наркотики. Оказалось, что тот уехал на родину. Пришлось найти ему замену.

Наконец, настало время для финального этапа операции. После проведения закупки наркосодержащих препаратов торговец был задержан.  В этот же день оперативники провели еще одну закупку у «лесорубов», пытавшихся сбыть опий-сырец. Задержанные наркоторговцы были переданы в руки правоохранительных органов КНДР.

После этой операции были и другие громкие «северокорейские» дела. В Уссурийске сотрудники отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков задержали курьера: в его чемодане с двойным дном находились ампулы с морфином. В Хабаровске в одном из санитарных вагонов поезда под видом медикаментов граждане КНДР пытались провезти около 9 кг опия-сырца. Благодаря работе отдела этот поезд был арестован и отправлен назад.

«Товар хороший, будем брать»

В 1994 году в поле зрения сотрудников оперативно-поискового отдела попали граждане Северной Кореи, которые искали выход на владивостокских «авторитетов» преступного мира для продажи крупной партии героина.

Операция «Корейский героин» проводилась совместными усилиями: сотрудниками отдела по борьбе с наркотиками краевого УВД, УФСБ России по Тихоокеанскому флоту и федеральной пограничной службы. Координировал действия прибывший во Владивосток начальник управления по борьбе с незаконным оборотом наркотиков МВД России генерал-майор милиции А. Сергеев.

В роли заинтересованных покупателей выступили оперативники, которые, перевоплотившись в русских «мафиози», смогли убедить азиатских торговцев наркотиков, что с ними можно иметь дело. После нескольких «деловых» встреч и негласных проверок продавцы героина приступили к вопросу о совершении взаимовыгодной сделки. Первоначально ими была предложена схема покупки 500 кг героина с северокорейского корабля в нейтральных водах.

При таких обстоятельствах исход операции был бы непредсказуем. Оперативникам удалось отговорить компаньонов от этого варианта, мол, рискованно, идет операция «Путина», ловят браконьеров, всё фиксируется из космоса. И навязать свои условия игры.

В конечном итоге было решено: покупатели приобретают пробную партию героина, а уже после совершения сделки «доверия» делается заказ на поставку более крупной партии наркотиков. Местом встречи был выбран домик российско-северокорейской дружбы на погранпереходе «Хасан – Туманган»,  именуемый в народе домиком Ким Ир Сена (по легенде тамошний начальник погранзаставы куплен владивостокским мафиози).

В назначенный день, 8 июня, в гостевом домике торговцы представили на экспертизу часть из пробной партии наркотиков. Качество наркотика проверил привезенный «мафией»  «химик» (его роль сыграл сотрудник экспертно-криминалистической службы краевого УВД Сергей Стробыкин), который определил, что на столе героин самой тонкой очистки. В свою очередь корейцы попросил показать деньги за товар. Оперативники открыли сумку, в которой лежали 260 тысяч настоящих американских долларов перетасованных с фальшивыми. Удостоверившись в наличии нужной суммы денег и не обнаружив подвоха, один из корейцев вновь отправился через границу. Вернулся с «дипломатом», в котором находилось 8 кг 300 г героина. После проведения еще одной экспертизы прозвучала кодовая фраза «Товар хороший, будем брать» и в домике появилась группа захвата.

До последнего момента, пока на корейцах не защелкнулись наручники, существовала реальная опасность, что в их одежде могут быть спрятаны радиоуправляемые мини-взрывные устройства. К счастью, все обошлось.

— Уникальность операции состояла в том, что она проводилась в тесном контакте с разными ведомствами: милицией, контрразведкой Тихоокеанского флота и пограничниками, — подводит итог подполковник милиции в отставке Владимир Анатольевич Колосов. – Все участники операции действовали четко и слаженно, в результате чего канал поступления в Приморье корейских наркотиков был перекрыт.

Четверо участников операции были награждены орденами Мужества.

Федор Асалханов

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*