Не флот для нас, а мы для флота

 

Указом Президента Российской Федерации № 8 от 11 января 2020 года воинское звание генерал-майора юстиции присвоено военному прокурору Тихоокеанского флота Синчурину Олегу Витальевичу.

Многим прокуратура представляется в образе огромной хищной птицы, парящей над страной и высматривающей нарушителей закона, которых, если не утащит в своих когтистых лапах, то обязательно очень больно клюнет. А некоторым запуганным обывателям вообще мерещится, что название должности в данном государственном органе звучит очень даже угрожающе, по-звериному — пррокурроррр…

Мне же, человеку законопослушному, ничего подобного не мерещится. К тому же за 28 лет службы не раз приходилось контактировать с представителями самых различных прокуратур, в том числе военных, и вот, ей Богу, ни один из них не был даже отдаленно похож на хищного законника, «душителя прекрасных порывов». Наоборот, большинство являли собой образец эрудированного, преданного делу, добросовестного стража законности. Посему на встречу с новоиспеченным генералом Синчуриным я шел, обуреваемый только желанием скорее обогатить свой опыт общения с неординарными людьми.

Первым признаком неординарности нового руководителя является тот факт, что прокуратура Тихоокеанского флота, до этого ютившаяся в старинной трехэтажке на улице Посьетской, наконец-то обрела достойное для своего статуса восьмиэтажное здание. Без сомнения, Олег Витальевич приложил немало сил в организацию работы по реконструкции здания на Верхнепортовой, 12 «в», которое раньше принадлежало военному НИИ, а его эстетические вкусы нашли отражение как в солидном оформлении фасада, так и во внутренней отделке помещений. Сам за себя говорит и срок проведения столь масштабного капитального ремонта – менее полутора лет. А еще на новые веяния в прокуратуре ТОФ однозначно указывает и просторнейший, располагающий к результативной работе кабинет руководителя, оформленный в ультрасовременном стиле.

В этом кабинете нас встретил ладно скроенный, моложавый мужчина на вид не более сорока лет, что далеко не соответствовало объявленному возрасту в 47. Если бы ни впервые одетая специально для нашей встречи повседневная генеральская форма, то было бы весьма проблематично определить, кто в этом здании действительно старший по возрасту и положению. Да к тому же весьма располагала к себе вполне демократичная форма общения. Перед ним не возникало желания, как это часто бывает перед генералами, вытянуться в струнку и участвовать в диалоге с применением кратких фраз «так точно» или «никак нет».

Прозорливо предугадав вертевшийся на моем языке закономерный вопрос о мотивах жизненного выбора, Олег Витальевич начал рассказывать о себе со слов: «Без военной службы я свою жизнь не представлял, так как являюсь потомственным военным».

Оказалось, что его дед закончил службу подполковником, уйдя в запас с должности командира отдельного саперного батальона. Последним местом службы деда был Северный Кавказ, потому и сам Олег Витальевич родился 30 апреля 1972 года в городе Орджоникидзе Северо-Осетинской Автономной Советской Социалистической Республики (сейчас это город Владикавказ) по месту постоянного проживания родителей отца. Сам же отец, Синчурин Виталий Ильич, к тому время вовсю тянул лямку воинской службы в армейских политотделах, перемещаясь из одного воинского гарнизона в другой. Соответственно, и Олег колесил по стране вместе с родителями. В первый класс, например, пошел в 1979 году в городе Облучье Еврейской автономной области. Он с теплотой вспоминает о детских годах, проведенных в ЕАО, Амурской и Читинской областях, считая прекрасной природу тех мест. Но больше всего ностальгирует по дому дедушки и бабушки в Орджоникидзе, где проводил, как правило, летние каникулы и, как считает сам Олег Витальевич, впитал в себя гордый, свободолюбивый и гостеприимный дух Северного Кавказа.

После школы у Олега выбор был один – поступать в то же училище, которое оканчивал и его отец. Правда, полностью пойти по стопам отца не удалось из-за грандиозных и одновременно катастрофических перемен, произошедших в стране. Только поступил в Свердловское военно-политическое танко — артиллерийское командное училище, как в армии был упразднен институт политработников, и, соответственно, в училище была ликвидирована специализация по данному профилю. Тем не менее в 1992 году он успешно окончил обучение на танковом факультете в реорганизованном Екатеринбургском высшем артиллерийском  командном училище, что позволило распределиться для дальнейшего прохождения службы в качестве командира танкового взвода в Западную группу войск, которая, как известно, дислоцировалась в Германии. Примечательно, что до 1991 года в Дрездене проходил службу и его отец в качестве члена Военного Совета 1-й танковой армии.

Из Германии старший лейтенант Синчурин в 1994 году возвращался уже командиром танковой роты и имел хорошие перспективы для карьерного роста, в связи с чем готовился к поступлению в Академию бронетанковой техники и вооружения. Но тут в его службе по воле случая произошел резкий разворот. В полк, где служил Олег Витальевич, прибыл заместитель прокурора армии для расследования нескольких чрезвычайных происшествий. Поскольку молодой офицер после службы за границей смог стать счастливым обладателем легкового автомобиля, командир полка попросил его повозить зам. прокурора по его зампрокурорским делам. В салоне 5-й модели «Жигулей» и произошел тот самый разворот: в ходе непринужденных бесед старший лейтенант Синчурин приглянулся заместителю прокурора армии, и тот предложил поступить не в вышеназванную Академию, в Военный университет Министерства обороны, пообещав соответствующую протекцию. Олег Витальевич согласился и сменил карьеру танкиста на более близкую ему по духу службу в военной прокуратуре.

По окончании в 1998 году прокурорско-следственного факультета Военного университета капитан юстиции Синчурин получил назначение на должность следователя военной прокуратуры Тамбовского гарнизона. И сразу ему досталось весьма сложное дело – поручили расследовать преступление дезертира, обвиняемого в насильственных действиях сексуального характера. Эта категория дел и для многоопытных следователей наиболее сложная в плане сбора доказательств, но Синчурин справился: суд полностью признал вину насильника, приговорив к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

За первые девять лет в военной прокуратуре Синчурину пришлось сменить девять мест службы. В Тамбове неоднократно писал рапорта с просьбой направить на чеченскую войну и все-таки добился своего, был направлен на должность помощника военного прокурора Чечни. Там, в Урус- Мартане участвовал в расследовании громкого дела полковника Буданова, но нам рассказывать об этом событии не стал, так как считает, что в подаче информации по уголовным делам надо быть очень осторожным, а дело Буданова все же слишком щекотливое.

После Чечни – военная прокуратура в «секретном городе» Сарове (бывший Арзамас-16) Нижегородской области и прокуратура Смоленского гарнизона. Затем вновь «горячая точка» — прокуратура войсковой части полевая почта 14101 в Приднестровском гарнизоне, в Оперативной группе войск курировал миротворческие силы. В своем интервью ярославской областной газете «Северный край» Олег Витальевич когда-то сказал, что опыт работы в экстремальных условиях был для него очень важен и впоследствии помогал в более спокойной обстановке легче решать любые задачи.

Из Приднестровья Синчурин направился в подмосковный город Люберцы, а в 2008 году на целых 7 с половиной лет обосновался в Ярославле. Как отметила та же газета «Северный край», по какому-то невероятному наитию за два года до этого назначения Олег Витальевич назвал своего сына Ярославом.

Всего 10 лет потребовалось Синчурину, чтобы пройти путь от начинающего следователя до прокурора крупного военного гарнизона. При этом не было у него никакой протекции «в верхах», никакого стремления как можно быстрее вскарабкаться по карьерной лестнице. Было только ответственное отношение к порученному делу, напряженный труд на каждом участке, самоотдача и, наверняка, стремление доказать своим деду и отцу, что он полностью отвечает их высоким требованиям к продолжателю военной династии.

Между прочим, в Ярославле он также начинал с того, что добился выделения нового помещения для военной прокуратуры гарнизона. По всей вероятности, стремление Синчурина в первую очередь обеспечить достойные условия для работы своих подчиненных, поднять престиж вверенного ему подразделения является неотъемлемой частью его жизненного кредо. Но, конечно же, для достижения успеха в руководстве коллективом недостаточно переезда в новое здание. Руководство – это весьма тонкий, деликатный процесс, который не всем по силам.  Благо, у Олега Витальевича имеет ещё высшее образование в области социальной психологии, которое весьма пригождается в работе с людьми.

Собственно, я не расспрашивал о подробностях «ярославского» периода службы Олега Витальевича. Результат-то был налицо. Да, гарнизон Ярославля относится к числу крупных. Но мало ли таких гарнизонов разбросано по нашей державе великой? Однако именно на полковника Синчурина обратили внимание в Главной военной прокуратуре, когда встал вопрос о заполнении вакантной должности заместителя прокурора Восточного военного округа.

Переезд на Дальний Восток для Олега Витальевича не вызвал каких-либо отрицательных эмоций, ведь здесь он провел лучшие годы в жизни каждого человека – детство. А о результатах работы на новом месте можно судить по тому факту, что менее чем через три года ему было доверено возглавить одну из 10 самых крупных военных прокуратур. Указом Президента Российской Федерации № 59 от 09.02.2018 года полковник юстиции Синчурин О.В. был назначен на должность военного прокурора Тихоокеанского флота.

Олег Витальевич признался, что никогда и помыслить не мог, что наденет морскую форму. Но с другой стороны, и в армии и на флоте перед военными прокурорами стоят одни и те же задачи, а привыкание к морской специфике – дело наживное.

Готовясь к встрече, я намеревался сделать акцент на конкретных делах, связанных с уголовными преступлениями, ожидал записать несколько детективных историй с головокружительными сюжетами, но уже через несколько минут беседы понял, что времена действительно изменились… Да и не времена вовсе, а характер деятельности прокуратуры. Связано это во многом с тем, что прокуроры перестали заниматься следственной работой, а ведение уголовных дел ушло в следственные комитеты. И теперь прокуратура может полностью сосредотачиваться на выполнении своего предназначения осуществлять надзора за исполнением закона. Прокурор сегодня не каратель, а полноценное «государево око», помогающее наводить порядок в нашей бурной и суетной жизни.

И чувствуется, что именно такой род деятельности по душе Олегу Витальевичу. Он мог стать прекрасным следователем и прославиться раскрытием самых громких и запутанных дел, о чем свидетельствуют его первые годы пребывания в прокуратуре. Но все-таки не будем забывать, что пример он брал с главного своего наставника — отца, а Виталий Ильич всю жизнь посвятил воспитанию молодых воинов, и несомненно, что командиры, у которых он служил заместителем по политической части, уважительно называли его настоящим комиссаром. Вот и чувствуется, что сын Олег полностью проникся этим комиссарским духом.

Потому и не желает вспоминать генерал Синчурин, кого когда «под статью подвел», «на чистую воду вывел» или просто со службы турнул, а с удовольствием рассказывает об эпизодах оказания конкретной помощи людям. Он вообще считает, что главная задача прокуратуры – оказывать помощь в любом её виде.

Так, основным достижением в период службы в Люберцах Олег Витальевич назвал то, что смог добиться выделения квартир нуждающимся, а главным итогом своей деятельности в Ярославле полагает успешное шефство над местным детским домом, большинство питомцев которого смогло «выйти в люди» при непосредственном участии сотрудников гарнизонной прокуратуры.

И сейчас под его личной опекой шефство прокуратуры флота над нахимовцами и юнармейцами. В мечтах генерала Синчурина так увлечь юных воспитанников, чтобы ежегодно хотя бы один-два из них пожелали пойти учиться на прокурора.

При всем разнообразии прокурорских обязанностей и направлений служебной деятельности, начиная с надзора за соблюдением законов во флотских частях и соединениях и заканчивая сложнейшими мероприятиями по защите от недобросовестных посягательств гособоронзаказов и военной техники, Олег Витальевич вновь и вновь повторяет, что считает главным для отчета перед собственной совестью не сухие цифры количества возбужденных по представлению прокуратуры уголовных или административных дел, количества привлеченных к ответственности и выписанных предостережений, а качество конкретной работы, направленной на оказание помощи отдельным военнослужащим и флоту в целом.

И вот опять, рассказывая об основных достижениях прокуратуры ТОФ в 2019 году, генерал Синчурин на первое место ставит не количество посаженных или предостереженных, а сдачу двух жилых домов для офицерского состава флота, строительство которых удалось завершить благодаря непосредственному вмешательству военных прокуроров. А еще с гордостью поведал, что грамотная работа флотских юристов позволила вернуть в ведение Министерства обороны 96 % земельных участков на Русском острове, которые «под шумок» во время «лихих девяностых» вывели в собственное пользование умелые махинаторы.

Радует Олега Витальевича и то, что через Главную военную прокуратуру удалось добиться оплаты поднайма жилья контрактниками, что сейчас молодежь с желанием идет на военную службу, благодаря чему удалось наконец-то почти на 100 % укомплектовать штатную численность флотской прокуратуры, что значительно улучшились условия быта военнослужащих, благодаря чему почти на ноль сошли проявления «дедовщны».

— Я считаю, — сказал в завершение нашей беседы Олег Витальевич, — что флотская прокуратура сделала весомый вклад в то обстоятельство, что вот уже третий год подряд Тихоокеанский флот в соревновании флотов России занимает первое место. Ведь мы тоже, не покладая рук, помогаем флоту добиваться успехов в поддержании воинской дисциплины и правопорядка, что является важной составляющей в оценке флотских успехов.

В заголовок я вынес фразу «Не флот для нас, а мы для флота», которую произнес Олег Витальевич, когда пояснял свое виденье роли прокуратуры ТОФ в обеспечении боеготовности флота. А после встречи с генерал-майором Синчуриным О.В. сложилось твердое убеждение, что он вправе распорядиться выбить эти слова золотыми буквами над входом в здание прокуратуры ТОФ в качестве девиза служебной деятельности вверенного ему учреждения.

СУХИЕ ЦИФРЫ:

В 2019 году военной прокуратурой Тихоокеанского флота выявлено более 24 тысяч фактов нарушения закона, для устранения нарушений внесено 2 036 представлений, принесено 574 протеста, о недопустимости нарушения закона предостережено 463 должностных лица, в суды направлено 584 иска на сумму более 2,1 млрд. рублей, восстановлены права 9 349 граждан, в органы следствия направлены 202 материала проверки, по которым возбуждено 170 уголовных дел. По результатам рассмотрения документов прокурорского реагирования к дисциплинарной ответственности привлечено 1 072 лица, к административной – 584. Возмещен ущерб государству на сумму 571 млн. 673 тыс. рублей.

Александр Малашёнок

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*